Чего проще, подумал я.

Чего проще, подумал я, прочитав объявление о найме...

Мужик принес кота. На три дня. Едет на похороны. Подозрительно весел. Наверное, получит наследство. Оказалось, умер тот кому он должен. Черт, удача просто таскается за некоторыми!.. Я внес в книгу регистрации постояльцев: Кот Барсик. Белый. Но без яиц.

А та блондинка, за попугаем все не идет. Оставляла на неделю, а теперь звонит, просит продлить проживание. Каждый раз в трубке слышится разухабистое застолье. Даже шашлыком тянет.

И так третью неделю. Вернется с блядок, будет ей сюрприз. Кеша-то заговорил. А она утверждала "Нет способностей". Манда чешется – это ли не способности? Толковый попугай...

Вчера заселился питон. Черт, почаще бы сдавали на хранение питонов. Не гадят, не воют, яйца демонстративно не вылизывают.

Лучшего постояльца трудно и желать. А какой потенциал! Бумажка на входную дверь «Погладить питона 20 руб.» и дети из начальной школы за углом, выстраиваются в очередь.

Определенно, стоит больше есть морквы... Кролики просто ненасытны. Отстрачивают, как швейная фабрика средних размеров. За уши хрен оттащишь – это про них. Сексуальные налетчики с трогательными глазами.

Расфуфыренная бабенка, в-о-о-т с такими губами оставила рыжую суку померанского шпица. Брезгливо осмотрела наш пятизвездочный отель, велела при ней продезинфицировать клетку, и пригрозила Конституционным судом насчет блох.

– Блох и крупный рогатый скот на постой не принимаем, мадам.Показать ещё – успокоил я привереду. В журнал так и записал: сучка рыжая, крашеная...

Я свистнул местного Гекльберри Финна, которому по доброте посильно покровительствовал – подкармливал иногда. Толик, говорю, хочешь похавать?

– Паштет для котят? – зажглись глаза у лакомки и бомжа.

– Террин с кроликом. Только одолжи мне Тузика на пару часов. Для малыша есть дельце…

Ночью ломился пьяный, требовал койко-место. Фары, говорю, протри, мудило – гостиница для животных. Аф-аф! А ты человек, это звучит гордо, вали в отель «За мусоркой».

Хозяйка вновь продлила Кешу. Заебала. Иннокентий схватывает на лету!.. Не какаду, а диктофон.

Еноты Чук и Гек. Содом и Гоморра… Что угодно: гремучие анаконды, саблезубые страусы, вилохвостые росомахи, только не эти убежденные агенты Гестапо в масочках…

Настроение отличное. Сижу, уплетаю вкусняшки с пивом. Вчера поднялся на игуане. Сопляки, как один клюнули на бумажку «Погладить крокодила 30 руб.». Да и некоторые взрослые…

Жаль рептилию забирают, я б выкачал из юннатов все карманные бабки.

Чтоб мне! Разбил аквариум с мышами-малютками – есть такой крошечный сорт. Капец фарш… Тридцать трупов. Эпические похороны в унитазе. Плакал.

Если жизнь черно-белая, я бы предпочел концепцию пианино – пожирней белого. Опять беда! Пропал бурундучок Яков. Я, вашу Машу, обыскался малыша. Нашелся только хвостик… Бедняга. Крысы, – больше некому. А так-то неплохой брелок…

Заехали семь попугайчиков. Волнистых. Взволнованных, я бы сказал. Упоротый хор Турецкого. Орали всю ночь, опарыши. Глаз не сомкнуть.

Нынче у меня большие планы. Заселился лемур. Глаза, обрамленные мехом, вот что есть лемур. Хавает тараканов. Но сначала пристально их разглядывает, словно проебал пенсне. Очарователен!

Назавтра, к вечеру пригласил Викторию переться от лямура.

– От лемура. – поправила она.

Дура не понимает утонченных намеков на веские притязания. Вика блондинка.

Я приготовил тараканов, шампанское, фрукты, и изысканное приветствие.

– Манда чешется! – оглушительно приветствовал Кеша девушку прежде меня. На мгновенье, он принял её за свою белокурую хозяйку.

Больше Вику я не видал.

– Гандон пернатый! – сказал я попугаю.

– Иди ты куда подальше. – ответил тот. Парень, кажется, занимается и самообразованием…

Голуби летят над нашей зоной… Серют и серют, серют и серют. Две штуки, а говна, как от бегемота, подцепившего усиленную кишечную палочку.

Та подбитая с изнанки силиконом баба забрала шпицу. Тузиковых блох я из собачонки вычесал. Малыш изрядно их натряс, пока заделывал померанской малышке шпитузиков.

Дьявол, я попутал хорьков. Одного за другим принесли двух: Стёпа и Клёпа. Мамаша родная не отличит, так похожи.

Пусть, думаю, дадут крысам просраться. Повязал одному ленточку, выпустил эту парочку. И забыл, кому повязал, Стёпе или Клёпе…

Уволили меня, когда явилась таки хозяйка Кеши. На радостях тот вывалил все что освоил…

А. Болдырев